В цикличности потока

03.08.2021

(о книге стихов Марианны Плотниковой «здесь должно быть море». Самара, 2019)

Опубликовано в «Бельских просторах» №9 за 2021 г. Источник

Вода в источниках информации ассоциируется с размытием смыслов. А книга стихов — это очень глубокий источник информации. Как принято сейчас говорить: для медленного чтения. Примечательно, что программное, на мой, разумеется, взгляд, стихотворение книжки находится на шестой странице — оно небольшое, ёмкое и сухое. То что надо после четырёх стихотворений, наполненных несомненно важной и прочувствованной рефлексией. Вот оно:

там где земля материка
по-просторечному мягка
земля полна плодовых тел
небесных тел земной удел

ты в эту вечность не смотри
что запотела изнутри

как мягкий месяц над рекой
дрожит размазанный рукой
и по воде к нему идет
размытый небом пароход
и рыба удочку клюет
где все идет наоборот

в земле где дедушка живет
на ранку дует мажет йод

В этом стихотворении есть небольшой шрам: последний стих первого четверостишия. Штамп, словно неумелое граффити на апсиде собора. Ради рифмы? Вряд ли, тел-удел — такое себе. Но и этому шраму есть оправдание. «в земле где дедушка живет / на ранку дует мажет йод» — контраст, нежность, рождённая институтом семьи (а дедушка здесь именно свой, не какой-то там дед, уменьшительная форма слова «рана» — ранка лирического героя, на ранку условного деда и внимания бы никто не обратил) и смерть (тот самый штамп «небесных тел земной удел»). Несмотря на очень личную тему стихотворения, в нём заложена вариативность прочтения, образно переданы и экзистенциальные, и социальные отражения действительности. Ведь размытый теплоход может быть как облаком, так и пресловутым продуктом земного удела. А «рыба удочку клюет», а «вечность <…> что запотела изнутри» — это ли не отголоски экзистенциального кризиса?

Порой образность в текстах исчезает, и появляется ощущение обманутых ожиданий:

зубная щетка, внезапно оставшись одна в стакане,
не плачет, не киснет, не тянется к тюбику пасты.
зубная щетка не станет
рвать на себе щетинки, браться за бритву, склеивать ласты…

После «земля полна плодовых тел» «зубная щётка, внезапно оставшись одна в стакане» будто написано другим автором для другой аудитории. Этим стихотворением занят целый разворот книги, причём в альбомной ориентации. В такой подаче есть резон — по вёрстке понимаешь, что будет нечто иного толка. Я не настолько полно знаком с творчеством М. Плотниковой, но похоже, что это стихотворение сценическое для артистичной подачи, не для заданного тона медленного чтения. Похожее впечатление производит и стихотворение «ах, вот ты где! и что ты здесь забыл…», однако «останься в этой родинке на теле / которую так сладко целовал / все лучше, чем земля и целлофан…» звучит интересно. Другими словами, книга получилась неоднородной. Возможно, в этом и был замысел автора: наиболее полно представить грани своего творчества.

Тематически книга оправдывает название, что делает её именно книгой, а не сборником стихов. Сюжетно — присутствуют две ключевые точки: человек переживает трансформацию и выходит из воды — человек снова переживает трансформацию и уходит в воду. В текстах прослеживается желание Плотниковой выйти за пределы рефлексии, взглянуть на собственный опыт через другую призму. В большинстве стихотворений, если снять наряд метафор, лежит несложно считываемый быт, как в «было оно в начале…», «совьется нитка пуповиной…», «человек бумажный как пароход…», «медовый свет что каплет с пальцев йод…» и т. д. А есть стихи, где возможные варианты прочтений куда шире только лишь опыта автора, как уже упомянутое «там где земля материка…», так и «до весны живет непременно юн…», «вот пол и спелый пенопласт…», «слепая тьма моргает фонарями…» и др.

У Марианны Плотниковой сформировавшийся поэтический голос: самобытные темы, плотная вязь из метафор, однако в технике исполнения не чувствуется индивидуальности, техника письма почти та же, что и в 2013-ом: «усвоила многие принципиальные открытия русской поэзии начала 2000-х…» (Д. Давыдов, журнал «Воздух», №1 за 2014 г.). И ещё один момент, косвенно размывающий индивидуальность: стихи не привязаны географически. Из топонимов — только интересно обыгранная Уфа («поскольку соль пристроилась у фа…») и река Сим в стихотворении «жара была невыносима…».

Отдельно следует отметить оформление книжки. Дизайн и вёрстка автора, и это здорово, когда автор может выпускать книги без оглядки на коммерческий потенциал того или иного элемента дизайна, да и упаковки в целом. Некоторые стихотворения завёрстаны в альбомной ориентации, что является дополнительным якорем при чтении.

«здесь должно быть море» — книга действительно утверждающая, утверждающая возможность обособленной жизни в цикличности потока.